В это время на помост быстро начал взбираться Солнцев. При виде его толпа смолкла.
-- Князь готов живот свой положить за Великий Новгород и Святую Софию, -- начал он.
-- Любо! Любо! -- заревела толпа.
-- К Новгороду подступила несчётная татарская рать, а у князя дружины мало; и князь велел сказать вам, что покориться необходимо; а коли не покоритесь, так князь тотчас же со своею дружиною оставит город.
Словно гром небесный, оглушили эти слова новгородцев. Наступило гробовое молчание. Солнцев также быстро, как и взошёл на помост, сошёл с него. Остался один Симский.
Толпа не знала, что сказать, что сделать.
-- Так как же, православные, видно, покориться? -- спросил Симский.
Вече не отвечало ни одним словом, оно молча начало расходиться по домам. Новгород вторично смирился.
Смирился Новгород; словно в могиле всё замерло, затихло, а татарские счётчики шныряют из дома в дом, переписывают поголовно вольный новгородский люд.
Окончили перепись, забрали казну новгородскую и повезли её к хану.