Но другой удар снова повалил его и заставил смириться.
-- Вишь, дьявол! -- ворчал присмиревший прислужник. -- Этак он и насмерть пришибёт: что с ним поделаешь!
Кричать он не решался, а, с трудом поднявшись, заперев наскоро калитку, охая, направился в свою избу поведать товарищам, что в их двор затесался черт в образе дружинника.
Солнцев, разделавшись с привратником, быстро направился к хоромам: ему было и досадно и смешно.
"И чего я это расходился, зачем поколотил его, -- думалось ему, -- дурак он, и бить его не следовало. Ну да ничего: напередки поумнее будет и перед носом калитки захлопывать не будет".
Быстро взбежал он на крыльцо боярских хором и распахнул дверь. На лавке сидела какая-то древняя старуха. При входе Солнцева она с испугом вскочила и злобою сверкнула глазами на дружинника.
-- Тебе чего надоть? -- прошипела она.
-- Где боярыня?
-- На што тебе боярыня? Нешто тебе боярыню можно видеть, она теперь по мужу-покойничку убивается; да и виданное ли это дело, чтобы молодые парни ко вдовам ходили!
Терпение снова начало оставлять Солнцева.