Бралъ большее чѣмъ могъ бы купить, иль просто взять.
Игривою бесѣдой умѣлъ людей плѣнять
И внѣ служенья церкви онъ такъ перерождался,
Что не простымъ монахомъ предъ ближними являлся.
Смотрѣлъ не такъ, какъ смотритъ бѣднякъ-семинаристъ,
Подѣйствовалъ, какъ папа, иль орденскій магистръ.
Онъ облечёнъ былъ въ рясу изъ гаруса двойного;
Какъ колоколъ та ряса лежала вкругъ, и слова
Не могъ проговорить онъ, чтобы не шепелявить,
Чтобъ нѣжностью притворной всей рѣчи не приправить;