Многие ребята были взяты сюда из детских домов, из больниц, только Буба и Илько прямо с улицы.
— Буба? Буба?
Да кто же он такой Буба? — спросил однажды у своих соседей Сережа.
— О, Буба…
И они заговорили все зараз.
Сережа не знал, кого слушать. Особенно кипятился лилипут Соломон, маленький человечек с большой головой, лежавший у самого края, неподалеку от хвостатого дерева. Лицо у Соломона было стариковское, сморщенное, а ручки и ножки — как у пятилетнего мальчика.
Бубу он ненавидел до слёз и, чуть только услышал его имя, тотчас же приковылял на своем костыльке и затараторил взволнованным голосом:
— Буба? Это погромщик-бандит-хулиган-паразит-мародёр!