И всё рассказывала ребятам о своем шикарном попугае, который, по ее словам, был умен, как профессор.
Солнечным она не понравилась.
Старшие сразу дали ей дружный отпор. Она обиделась, надулась, пошла к малышам и стала показывать им свой семейный альбом.
— Вот это мой дядя Фридрих… А это мой брат Фабриций… А это мой кузен Фердинанд… а это Феликс, мой первый муж… Видите, какой у него шикарный мундир… А это фрау Франциска фон-Фуфф… А это опять Фердинанд…
Цыбуля с ненавистью глядел на нее:
— И откуда она взялась, эта фря?
— Надо ее в стенгазету, — предложила Пани Мурышкина.
— Черт с нею! — мрачно сказ Соломон. — Потерпим. Ведь всего несколько дней.
Соломон скучал без Израиль Мойсеича, и лицо у него было такое, будто у него болел живот.