Тут Шмербиус окончательно подавился добрым, благодушным, чистосердечным смехом.
Профессор твердо посмотрел ему в лицо.
— Да, я это утверждаю, — сказал он.
Шмербиус долго не мог притти в себя от душившего его хохота.
— Ой, вы, чудак! — наконец сказал он. — Да, ведь, я просто комми-вояжер, представитель варшавских и лодзинских фирм. Я распространяю головные дамские шпильки.
Тут он с ловкостью фокусника вынул из жилетного кармана несколько пачек шпилек разной величины и разложил перед профессором.
— Какой товар! — закричал он, причмокивая. Лучше английских! Не гнутся, не ломаются, в огне не горят. Пять различных сортов. Фабрика Ляскевич и сын. Гривенник пачка. Что? Это дорого? Я вам уступлю по знакомству. Ну, видите, я действительно мелкая тля: маленький коммерсант. Зачем мне взрывать?.. ха-ха-ха!.. Профессор, вы переутомились, вы нервничаете, у вас ожирение сердца, вам необходимо отдохнуть. Я хочу вам предложить…
— Что?
— Вернуться в Питер.
Целую минуту длилось молчание.