Глава шестнадцатая. В темнице
Мы сидели в вонючей каменной яме, служившей нам темницей. Наши электрические фонари, предоставленные нам тюремным начальством, бросали расплывчатые круги на покрытые белой плесенью стены. От городского шума нас отгораживала железная наглухо запертая дверь.
Профессор долго не мог успокоиться. Как пойманный тигр, безостановочно шагал он из угла в угол — от своего кожаного чемодана до глиняного горшка с мутноватой водой. Он шумел, негодовал и метал молнии. Одно радовало его — девушка была спасена.
— Вы заметили, Ипполит, — говорил он, не останавливаясь и не поворачивая ко мне головы, — что воины не хотели арестовывать нас. Ведь, мы пробежали через всю площадь, запруженную народом, и никто даже не попытался нас остановить. Все видели, как я передал несчастную девушку ее матери, и ни один человек не попробовал помешать ей увести ее. Разве это не знаменательно? Вспомните: мы были хвачены только тогда, когда нас догнал Шмербиус. Нет, Ипполит, народ этой страны враждебно относится к кровавым забавам своего властелина и сочувствует нам. Помните головы революционеров, украшающие дворцовую лестницу? Только их окровавленные уста могли бы правдиво рассказать нам, о чем думает народ.
Он остановился, насупив брови, и снова зашагал взад и вперед по липкому полу.
— Но теперь уже все равно, — мрачно продолжал он. — Нам ничто не поможет. Мы проиграли. Все козыри в руках у Шмербиуса.
Его широкие плечи казались еще грандиознее в этой тесной каморке. И было жалко смотреть, как безнадежность кривила упрямые толстые губы.
— Скажите, профессор — спросил я, — вы нисколько не сомневаетесь в возможности…
— В какой возможности?
— В возможности взорвать Земной Шар?