Сильные руки Хуана и немца подняли ее и потащили к перилам.
— Стойте! — закричал их товарищ. — Оставьте сеньориту! Она артистка. Талант! Бесподобный голос! Отдайте ее мне. Я ее спрячу. А завтра скажете, что она упала за борт.
— И вот, с тех пор, я живу здесь, в этом чулане, — закончила свой рассказ девушка.
Так вот кто она, эта „испанская певица“! А я-то думал, что она соучастница Шмербиуса! Она такая же его рабыня, как и я.
Совершенно потрясенный ее горем и всем, что узнал, я попрощался с ней и ушел, заколотив за собой дырку в стене досками.
„Только бы не опоздать, — думал я. — „Если Шмербиус вернется до моего возвращения, я погиб. Нет, вернее, мы погибли, потому что теперь моя судьба крепко связана с судьбой этой девушки. Если семь часов уже пробило, нам больше никогда не выйти на свободу“.
Глава седьмая. Бунт
Все мои худшие опасения оправдались. Едва я просунул голову в отверстие ящика, как цепкие холодные пальцы Шмербиуса схватили меня за волосы и выволокли на середину каморки.
Все пропало! Он вернулся раньше меня! Теперь он меня изобьет, а то, может быть, и повесит рядом с крысами. Я решил дорого продать свою жизнь, мотнул головой, вырвался и укусил его за палец.