Баумер попробовал объехать нас, но это ему не удалось. Он только потерял несколько секунд и отстал. Домики все увеличивались. Это не домики, а длинные кирпичные сараи.
— Вот гаражи, в которых находятся самолеты, — сказал отец.
Один из гаражей открыт. Перед ним огромная машина. Крылья черные, и на каждом крыле и все тот же знак — череп и скрещенные кости.
Мы первые подъехали к самолету. Джамбо, с Марией-Изабеллой на руках, вбежал в пассажирское отделение машины. За ним последовали мы с отцом и дон Гонзалес.
В это мгновение подкатил автомобиль Шмербиуса, и мисс Мотя подбежала к самолету.
— Donnerwetter! — заревел опоздавший Баумер и поднял ружье.
Самолет сорвался с места и, как ураган, помчался по равнине. Потом стал плавно подниматься. Вот уже виден пылающий город. Пламя отражается в озере, и от этого вода возле набережной кажется кровавой. Вот под нами широким полукругом расходятся кирпичные гаражи. Вот три автомобиля, у которых стоит Баумер, потрясая винтовкой, два китайца, араб и мисс Мотя.
— Но где же Шмербиус? — спрашиваю я.
Действительно, где же Шмербиус? Его нет между ними. Вдруг я вскрикиваю.
— Смотрите! — говорю я. — Шмербиус висит на кольце, за самолетом!