И я крикнул громко:
— Скорей же, скорей!
И вздрогнули карнизы и луна. Все закружилось. Мой крик был дерзок и вызывающ. Ко мне бежали какие-то люди, махая длинными темными руками, но я быстро перелез через перила и стал спускаться по скату к реке, где над водою мелькали огни — красные, голубые и лиловые…
Мои ноги скользили по смятой траве, а наверху, прямо перед моими глазами, сверкали зигзагами странные полосы яркого света.
Внизу вздыхала вода и что-то упрямо стучало о деревянные сваи. Это — лодка, темная, как ночь, и сильно пахнущая смолой.
Около сваи на берегу, в грязи сидела маленькая девочка в лохмотьях.
И на правом плече у нее было большое зеленовато-белое пятно; должно быть, луна случайно мазнула эту жалкую фигурку своим лучом.
А далеко наверху слышались голоса тех темных, которые махали руками и бежали ко мне.
— Направо он пошел, говорю я тебе! — ворчал сердитый сиплый голос.
И кто-то злобно отвечал: