Он глядит рассеянно на собеседницу. Его мысли, по-видимому далеко.
Ольге Матвеевне Аврориной под пятьдесят. Она почти ровесница князю. Она вся в черном. Выпуклые бледно-голубые глаза ее как два драгоценных камня на бледном ее лице. Как будто она смотрит на мир не этими глазами, а чем-то иным. И сейчас она следит за князем, но как-то иначе.
-- Вы так нам нужны, вы так нам нужны...
Но князь не слушает бормотанья этих вялых губ. Ему сейчас мерещится совсем иное лицо.
И Ольга Матвеевна знает это прекрасно.
-- Князь! Алексей Григорьевич!
Прикосновение пухлой мягкой руки возвращает его к действительности.
-- В вас такая сила. Если бы вы только захотели, мы бы весь мир себе подчинили, -- бормочет гостья.
-- Какой вздор! -- криво усмехается князь. -- А я вас, Ольга Матвеевна, совсем об ином хотел просить.
Он придвигает кресло поближе и в свою очередь берет за руку свою собеседницу. Ольга Матвеевна в блаженной истоме от этого прикосновения и с трудом понимает то, что говорит ей князь. Он повторяет трижды одну и ту же просьбу, похожую, впрочем, больше на приказание.