— Я так и знал, — сказал Сережа. — А я, Фома, не убью себя. Я знаю, что убивать себя не надо. Мне жалко эту гимназистку, Фома.
— Жалко? А знаешь, Сережа, скучно мне. Ах, как скучно…
— А что же «человек» твой? Ведь ты «в человека верил».
Но Фома угрюмо молчал.
— Ты что же? В Швейцарию едешь? — спросил вдруг Фома.
— Нет, пока не еду. Мой отец согласился на год отсрочить поездку.
— Что же ты будешь делать здесь?
— Я хочу по России побродить.
— Как? Пешком?
— Как придется. Лучше пешком. Я не один пойду. Я со знакомым моим, с Александром Кирилловичем Хмелевым. Он и уговорил меня.