-- Вот уже два месяца живу я здесь и все жду, когда ты станешь смотреть на меня теми же глазами, какими ты смотрел раньше. Скажи, ради Бога, что с тобой. Ведь я вся измучилась. Я не выдержу этой пытки, право...
Ее слова не вязались с пьяным блеском ее глаз и с этой грешной улыбкой.
Тогда я сказал:
-- Ах, оставь, пожалуйста... Я такой же, как и раньше, и смотрю на тебя теми же глазами...
А сам между тем я думал другое.
Мы ехали по таежной дороге. По обеим сторонам чернела густая корявая заросль. И вдруг мне показалось, что жена чувствует тайну, как эта немая тайга. И женщина, и этот лес ближе к ней, чем я. Почему же они молчат?
Тогда я остановил лошадь и, приблизив свое лицо к ее непонятным глазам, задыхаясь от свинцовой мысли, пробормотал:
-- Открой тайну, открой!
Она в ужасе отшатнулась от меня и пронзительно закричала:
-- А... А... Домой, домой!