Артюша на повороте машет сумкой и книгами.
- Дом хороших людей! - протяжно кричит Артюша.- Я придумал сделать «Дом хороших людей». Но ты лопнешь, а не догадаешься, что это такое.
И уже слышно снизу, как глухо хлопает входная дверь и как позванивает разбитое стекло всеми своими заклеенными трещинками.
Лихунька уже ждет Артюшку у калитки. У Лихуньки за спиной тоже сумка с книгами и так же торчит завтрак в оттопыренном кармане. У Лихуньки так чисто вымыты щеки, что они даже блестят, и от Лихуньки, как и от Артюшки, также пахнет молоком, мылом и душистым черным хлебом. Молоком, мылом и черным хлебом пахнет, впрочем, сейчас и от Сонечки, и от Колюшки, и от других ребят с соседнего двора. И у всех у них висят за спиною сумки с книгами, и все они похожи сейчас на отогревшихся на солнце воробьев.
- Живи, живи! - кричат воробьи на телеграфных проводах и ветках и машут обсохшими крыльями.
- Живо! Живо! - подгоняют друг друга ребята и бегут врассыпную через дорогу прямо на бульвар, а оттуда, по бульвару и дальше, мимо синего, синего Ходынского поля. Мимо широких ангаров - самолетовых домиков, мимо трамвайной станции, мимо чугунных коней на высоких воротах - прямо к себе в школу.
Девочки идут смирно по самой середине дорожки и говорят о школе.
- А у нас скоро праздники,- говорит Сонечка девочке с соседнего двора.
Девочка с соседнего двора учится в другой школе, и Сонечке хочется похвастаться перед нею.
- И у нас тоже будет праздник,- говорит девочка, и косичка на спине даже трясется от гордости.