- Охр! Ахр! Ахр! Омахр. - вдруг закричали во дворе за окном.
- Фомка пришел! - завопил Артюшка и отбросил карандаш в сторону.- Я иду! Иду! Иду! - закричал он, что есть силы и кинулся вон из комнаты.
Но во дворе не было никакого Фомки. Прямо перед крыльцом, окруженный со всех сторон ребятами, стоял на четвереньках бурый медведь и мотал из стороны в сторону своей тяжелой мохнатой головой. Человек с черной бородой, в синей куртке, утыканной серебряными пуговицами, и в продранном картузе на кудрявых волосах, держал конец цепи, привязанной к ошейнику медведя. Поджав хвост и насторожив уши, Карошка лаял на необыкновенною гостя, но медведь не обращал никакого внимания на испуганную собаку. На земле перед медведем уже лежала розовая морковь и желтая репа и даже большущий синеватый кусок рафинада на аккуратном кусочке бумаги.
Медведь посматривал на все это угощенье и лапой, совсем как Карошка, старался стащить с морды тесный кожаный намордник. Но намордник сидел крепко-крепко, и никуда нельзя было уйти от тяжелой цепи и узкого ошейника.
- Ну ты, Марья Ивановна! - кричит человек с черной бородой.- Покажи, как баба по воду ходит.
Медведь встает на задние лапы и, переваливаясь, идет по кругу. Человек с черной бородой бежит впереди него и дергает цепь.
Другой человек, которого Артюшка сразу и не увидел, бьет в бубен и топает ногой. «Бум-бум!»- гремит бубен. «Дзинь-дзинь!» - позванивает цепь, и все смеются, глядя на неуклюжего медведя.
Не смеется одна только Асенька. Асенька си лит на крылечке и что-то бормочет себе под нос.
- Ты это что там бормочешь?-спрашивает Артюшка, нахохотавшись досыта, и присаживается на крылечко рядом с Асенькой.- Правда, хороший медведь?