Осознание его - поможет и дальнейшему продвигу.
2. Попытка анализа.
Просматривая нашу левую столичную литературу по теории искусства за последние 4 - 5 лет, - а ее так немного! - с любопытством наблюдаешь, как стремительно, скачками, в соответствии с лихорадочными прыжками эпохи, развивалось самоосмысление в области искусства у наших российских друзей, но и - вот так же, как у нас - в клещах противоречий, робкого жаления в ряду с радикализмом, в путах очевидного эклектизма!
Я вряд ли ошибусь, сказав, что первым опытом нового осознания искусства в РСФСР явилась петербургская газета "Искусство Коммуны", - любопытнейший теоретический еженедельник построенный по типу памфлета (декабрь 1918 - апрель 1919). Это было время бури и натиска рабочего класса, время веселого наступления на неприкосновеннейшие "культурные ценности", как "учредительное собрание", "демократизм", "бесклассовые наука и искусство", "жречество" всякого рода, - и понятно, почему таким атеистическим задором проникнуты виднейшие тогдашние писания коноводов искусства коммуны, от стихотворных "приказов по армии искусства" Маяковского, теоретических наскоков Брика, до комфутской романтики Кушнера и даже спокойных относительно "подвалов" Пунина, этой тяжелой артиллерии газеты...
"На улицы - футуристы,
барабанщики и поэты!" -
- призывал поэт, главком газеты, - и верил:
"Сотую встретим годовщину!"
Это было, конечно, программой-минимум искусства коммуны, - и с больших букв, и с маленьких, - т.-е. призыв к искусству выйти на улицу*1, - ибо этим призывом еще определяется лишь средний этап футуризма, этап плакатно-трибунный. Поэту, именем которого на три четверти окрасится этот первый и по форме, и по содержанию революционный этап, - великолепно аккомпанируют летучие теоретики газеты, пытающиеся и самую теорию вынести на улицу.
_______________