Чиро замолчал под ударами. Сдерживая слезы, он вышел на улицу. Его мучил голод: он не ел почти два дня, и у него едва хватало сил тащить костыли.
Пробежала ватага мальчишек, впереди них, качаясь во все стороны, пролетел по воздуху воздушный змей.
-- Эй, хромоножка! -- закричало несколько мальчуганов, сильно толкнув его.
-- Побежим взапуски! -- трунили другие.
-- Почем фунт мозгов, хромоножка? -- насмешливо спрашивали третьи, издеваясь над его большой головой.
Один из буянов, самый злой, выдернул у него костыль и пустился бежать. Немой зашатался, потом с трудом поднял костыль и пошел дальше. Крик и смех мальчишек уносились к реке. Словно заморская птица, взвился змей и поплыл под небеса, озаренный приятным розовым светом. Издали доносилось хоровое пение солдат. Был канун Пасхи, и стояла великолепная погода.
"Теперь пойду просить подаяния", -- решил Чиро, чувствуя, как от голода у него переворачиваются все внутренности.
Весенний ветер доносил из булочной запах свежеиспеченного хлеба. Вот вышел из нее человек в белой одежде, неся на голове длинную доску, на которой было разложено много золотистых, еще теплых хлебов. За ним шли две собаки, подняв морды кверху и виляя хвостами.
Чиро почувствовал, что чуть не падает от слабости.
"Сейчас попрошу подаяния, -- подумал он, -- не то умру".