-- Ах, Паоло! Это ты? Ты был здесь? Ты смотрел на меня? Смотрел на меня? Нет, нет, не смотри на меня таким образом!
Она отступала назад с судорожным смехом, который легко мог разрешиться рыданиями.
-- Зачем ты это сделал? Зачем ты меня так пугаешь?
Он встал со своего места и пошел к ней. Она продолжала отступать.
-- Ах, какие у тебя глаза! Нет, нет, не смотри на меня таким образом! Закрой глаза! Ты меня пугаешь, ты меня пугаешь!
Она одновременно смеялась и рыдала, и дрожь проникала ей глубоко в грудь; этот сумасшедший взгляд заражал ее ужасом. Он же, засидевшись, чувствовал боль в бедрах; и теперь, поднявшись, испытывал расслабленность в коленях, чувствовал, как сводило ему мускулы в ногах, как тяжелая телесная усталость разливалась по всем членам, чувствовал последствия смертельного сладострастия, и его глаза неимоверно расширились в глубине темных глазниц.
-- Будет, будет, Изабелла! Что за ребячество!
-- Но что у тебя с глазами!
-- Девочка ты!
-- Закрой их.