Повиновалась этому вздоху гигантская птица и перелетела через розовевшую реку.
-- Пизанская Мадонна.
В воздухе стояла светлая тишина. Но грудь женщины переполнена была чувством, тяжелым как печаль. Среди всего радостного света ей чудился гвоздь распятия, хранимый в ковчежце из мрамора, который висел над берегом реки и, чудилось ей, был обагрен ее кровью. Она не в силах была дольше сдерживать свою душу в телесной оболочке, так сильно рвалась она прочь. На крыльях ослепительного ангела приближалась она к озаренному городу. Самый шум полета становился отдаленным, как шум морской раковины. Поэзия приобрела такую власть над ее сердцем, что ей захотелось плакать...
И с дивной сладостью прозвучал в ее душе крик Безумца во Христе, вспомнилась страница из той книги, которую Вана перелистывала лихорадочными пальцами и по которой она училась распознавать темный цвет, "предшествующий пламени".
Любовь, любовь, меня жестоко ранишь,
Но лишь к тебе моя душа взывает.
Любовь, любовь, рабу свою тиранишь,
Но лишь к тебе прильнуть она желает.
Любовь, любовь, меня ты вечно манишь,
Но сердце любит и любовью тает,