-- Можно ли определить, что нас более всего привлекает в любимом существе? -- сказала она, глядя на него тем же жадным, пламенным взором. -- Смех, еле заметная складка губ, манера закрывать веки -- одним словом пустяк. А в этом все, в этом промелькнувшем на твоем лице движении, незаметном тебя самого, ты сказываешься весь.
-- Ах, но кто может сказать, какова ты?
Она протянула к нему руки, которые были глаже и холоднее фарфора, стоявшего на столе.
-- Какова я? Какова я?
-- Откуда ты взяла этот жасминный запах? Это что-то одуряющее.
-- Разве ты не знаешь, что у меня есть целый сад из жасминов, между двумя склепами?
-- В Вольтерре?
-- Сад, огражденный с четырех сторон густой стеной из жасминов, и я не могу решить, которая сторона больше пахнет, восточная или южная.
-- Понюхай!
Склонившись над ним, она мягким движением провела по его губам сначала одной рукой, потом другой, от пульса до углубления в сгибе руки, где просвечивают зеленоватые жилки, от локтя до подмышек, где виднелось несколько золотых завитков.