-- Руки -- красивые?
-- Теперь они более красивы: они у тебя похудели и стали длиннее. На правой руке, которую писал Вечеллио и у которой на указательном пальце перстень, у тебя пальцы тонкие, но кисть немного пухла. Чтобы держать их в порядке, ты выискивала самые тонкие ножницы и самые нежные подпилки для ногтей. А перчатки заказывала в Оканье и в Валенце, где они самые мягкие и пахучие в мире.
-- Да, я и тогда любила ароматы.
-- Ты была помешана на них. Ты их составляла сама. Гордилась названием "совершеннейшей парфюмерии". Твои составы были недосягаемого совершенства. Все умоляли как о милости об одном пузырьке. Ты давала их королям, королевам, кардиналам, князьям, поэтам. А твой Федерико в бытность твою во Франции ни разу не спросил у тебя денег без того, чтобы не попросить и духов, и, кажется, тех и других просил одинаково часто.
-- Это ты, должно быть, был тогда Федерико? Я сразу признала тебя.
Они оба от души смеялись, взявшись за руки и заглядывая друг другу в глаза.
-- Но часто вместо денег ты посылала один только пузырек, так как тебя одолевали долги.
-- О нет!
-- Да, да, у тебя долгов было выше головы, они тебя совсем заполонили.
-- Федерико!