-- Положим его в мешок, -- предложил Массачезе.
Принесли мешок, но труп входил в него лишь наполовину, связали мешок у колен, оставив ноги снаружи. Затем инстинктивно осмотрелись вокруг, совершая обряд погребения. Парусов не было видно, море медленно и тихо волновалось после бури, вдали виднелся остров Сольта, весь голубой.
-- Положим туда камень, -- проговорил Массачезе.
Принесли камень и привязали его к ногам Джалуки вместо балласта.
-- Вперед! -- скомандовал Массачезе.
Подняли труп над бортом и спустили его в море. Вода с плеском сомкнулась, тело сначала медленно завертелось, потом сразу исчезло.
Моряки вернулись на корму и стали молча курить в ожидании попутного ветра. Массачезе время от времени делал невольные движения руками, как человек, о чем-то сосредоточенно думающий.
Поднялся ветер. Паруса затрепетали и надулись, "Троица" двинулась по направлению к Сольте. Покружив добрых два часа, она вошла в узкую бухту.
Луна освещала берега. Море было спокойно, как озеро. Из Спалатской гавани вышли два судна навстречу "Троице". Матросы обоих кораблей пели хором.
-- Тс-с... Они из Пескары! -- сказал Чиру, услышав пение.