-- Увы!
-- Заполучить, -- замычал фон Краш в коридоре, -- нет! Но для того, чтобы предотвратить ее удары.
-- Не думайте, однако, -- продолжала мисс Фэртайм, -- будто несчастье испугало и подавило меня. Преследуя нас, враги только обнаруживают, какое глубокое впечатление произвела Мисс Вдова и до чего она внушает им ужас.
-- О, можете не сомневаться.
-- И это меня ободряет. Мисс Вдова победит! Она вернет нам свободу, свободу, которая, впрочем, имела бы для меня смысл только после ее торжества. Имени Франсуа д'Этуаля должна быть возвращена утраченная честь...
-- Ах, -- вырвалось у Маргариты сквозь слезы, -- я ничего не могу, ничего, но охотно пожертвовала бы чем угодно, лишь бы всех освободить!
-- Вы? О, это было бы слишком много... после всего, что вы сообщили нам! Дочь нашего тюремщика...
-- Верьте мне, умоляю!
-- Увы, -- вздохнула Эдит, -- я убеждена, что вы не злая и жалеете нас. Но пойти вразрез с намерениями отца -- признайтесь, что здесь чувствуется преувеличение, способное внушить недоверие!
-- Мне отвратителен отец.