Что-то промчалось мимо толпы с быстротой молнии. Да, что-то промчалось. Но что?
Этого никто никогда так и не узнал, потому что порыв шквального ветра сшиб людей с ног и повалил их. А когда им все-таки удалось подняться, они испытали новое потрясение: на том месте, где стоял юноша, никого не оказалось. Лишь одиноко торчал покосившийся фонарь с разбитыми стеклами.
Триль исчез, не оставив никаких следов.
Воздух снова стал неподвижен и спокоен, оглушительный свист смолк.
Капитан Вальтер, Клоббе, Никлоббе и их союзники были совершенно сбиты с толку. Куда подевался их враг?
Юноша в это время бесшумно раскачивался на конце каната, механически сомкнувшегося вокруг его тела, и чувствовал, что его медленно поднимают вверх, туда, где канат прикреплялся к нижней части аппарата. Вскоре он оказался на борту аэроплана. Клауссе и Сюзанн не скрывали своей радости. Девушка смотрела на Триля влажными от счастливых слез глазами и совершенно растерялась от избытка радости.
Минуту спустя влюбленные бросились в объятия друг другу.
У них было достаточно времени, чтобы обменяться впечатлениями от всего пережитого за время разлуки. Триль рассказал о своем морском приключении, о прибытии в Гамбург, промашке, навлекшей на него гнев капитана Вальтера.
Сюзанн, в свою очередь, рассказала ему о той мучительной тревоге, которая не покидала ее в течение двух дней, последовавших за получением депеши из Гамбурга.
Клауссе, однако, счел, что и ему следует вмешаться в разговор.