Мы поднялись выше. Стало опять значительно холодней. Внизу уже та равнина, над которой мы никогда не проходили. Все так же ровно, монотонно гудит мотор. Ухо, привыкшее к его реву, слушает тишину…
Через пять часов полета мы вышли к суровому мысу Дежнева. За ним Берингово море и Аляска…
Слепнев поднял самолет еще выше… Впереди, как на ладони, пролив. Мы будем первыми советскими летчиками, перелетевшими через него, а там еще дальше, словно растаивая в тумане, узенькая кромка чужой земли… Весь Берингов пролив забит льдами. Везде, куда хватает взгляд, льды, льды и льды… Если встанет мотор… Нет! Еще выше…
Сорок минут полета над проливом. Потом под нами потянулась земля… Аляска… Перешли какой-то большой хребет, и вдали на белых снегах зачернел Тэллор — место нашей посадки.
Край аэродрома, ближайший к городу, был черен от толпы, ожидающей самолеты. Мы сделали традиционный круг и пошли на посадку.
Наши лыжи еще не успели коснуться земли, как люди, стоявшие с боков, лавиной бросились на нас. Едва мы подрулили к стоявшим американским самолетам, как нас ужо окружила толпа встречающих. Что больше всего меня поразило— это необыкновенное количество фотоаппаратов и неутомимая энергия фотографов. Со всех сторон тут и там была слышно щелканье не жалеющих ни себя, ни фотопленок любителей… Нас почти насильно извлекли из кабины и, поставив на фоне самолета, просили «придать лицам суровое выражение»… В своих грязных кухлянках, небритые, одурманенные восьмичасовым ревом мотора, — мы представляли собой по-моему и так достаточно суровое зрелище…
ПО ШТАТАМ
Возможно, что через несколько лет Тэллор станет узловой станцией трансарктических воздушных сообщений между Европой и Америкой. За те немногие годы, что существует город, его жители не раз видели самолеты и воздушные корабли, отправляющиеся в еще неисследованные края льдов. Здесь живо воспоминание о великом Амундсене, впервые снизившем свой корабль после перелета через полюс. Оболочка его «Норвегии» хранится жителями, как семейная реликвия. Мы гордимся, что в числе многих подарков, которыми американский народ хотел выразить нам свое внимание, есть кусочек желтого полотна с подписями мэра города и пассажиров «Норвегии».
После неизбежных речей мэр Тэллора мистер Варрен вручил нам на бархатной подушке аршинные ключи от города. Это значило, что все время пребывания здесь мы являемся его полными хозяевами.
Окончив официальную часть, мы, сопровождаемые всей толпой, встречавшей наши самолеты, двинулись к дому мистера Варрена. Этот дом, вмещающий универмаг, принадлежащий мэру, отель и на двери имеющий еще добрых пять названий разных учреждений, представителем которых был все тот же мистер Варрен, является также историческим: под его крышей провел несколько дней пересекший полюс Роальд Амундсен. Расписываясь в большой книге прибывающих, мы видели его характерную подпись…