– Он говорил что-то о ее тайне… Как по-твоему, какую тайну хранила жертва? Стоит ли тут покопать? – спросил Фрёлик.
– Тут у нас почти ничего нет, но стоит поспрашивать ее знакомых – хуже не будет, – ответил Гунарстранна. – Но главное, проверь показания Крамера. Съезди в Акер-Брюгге, поспрашивай таксистов. Постарайся выкопать как можно больше грязи.
Глава 12
Зеленая тетрадь
Квартира Катрине Браттеруд была маленькой, но ее очень красили яркие обои на стенах. В гостиной главными предметами обстановки служили диван, телевизор и письменный стол. У окна стояла трехуровневая этажерка для цветов – нечто вроде пьедестала, на котором очень тщательно расставили домашние растения. Камнеломка ползучая, большое растение алоэ и очень сильная хойя, обвившаяся вокруг деревянной рейки и образовавшая непроходимые заросли. Гунарстранна ткнул пальцем в горшок. Земля сухая, но не пересохшая.
Он перешел к письменному столу. На столешнице лежал пенал. Рядом – небольшая деревянная шкатулка. Он откинул крышку и увидел монеты, значки, заколки, тампон в пластиковом футляре, две зажигалки, пуговицы и другие мелочи. Он закрыл шкатулку и направился в спальню. Почти все ее пространство занимала широкая двуспальная кровать. Она оказалась незастеленной. На кровати лежали два одеяла. Простыни измялись. Сверху было небрежно брошено желтое купальное полотенце.
Он открыл платяной шкаф. Одежда была аккуратно развешана на плечиках. Закрыв дверцу, он перешел к стоящему у окна комоду. Повертел в руках флакон с лаком для волос. Флакон стоял на белой салфеточке, на которой красным крестиком было вышито ее имя: «Катрине».
Перед тем как выдвинуть верхний ящик, он глубоко вздохнул. Ящик оказался завален всяким кружевным женским бельем – бюстгальтерами и трусиками. Примерно то же самое хранилось и в нижнем ящике. Слева от кровати стояла тумбочка – старая, но сработанная из натурального дерева. Столешница запылилась. На тумбочке лежала книга, роман «Бог мелочей» Арундати Рой. Под книгой – журнал мод.
Гунарстранна открыл дверцу. Внутри каталась ручка – сверкающий серебряный «паркер». Под ней лежала тетрадь – большая зеленая тетрадь формата A4. Гунарстранна раскрыл ее. Страницы были исписаны аккуратным округлым почерком, синими чернилами. Он прочел:
«Я ехала по прямой дороге, обсаженной с двух сторон деревьями. Время от времени я проезжала мимо огромных полей желтых подсолнухов, которые кивали головками, приветствуя солнце. Дорога уходила в бесконечность. Но машина ехала все медленнее и медленнее. Кончался бензин. Мне не хотелось, чтобы машина останавливалась. Я хотела ехать дальше, двигаться. И все же в конце концов машина остановилась. Мне стало тяжко, как всегда, когда что-то шло не так. Я огляделась по сторонам. Машина остановилась на перекрестке, рядом с деревянным сараем. Он напоминал старый заброшенный гараж – окна выбиты, крыша просела. Кто-то пытался починить крышу; в нескольких местах виднелись листы разноцветного рифленого железа и выцветшего зеленого пластика. У сарая стояла брошенная машина – изящная красная спортивная машина, «порше». Заброшенный сарай и стильная красная машина – какой яркий контраст! Я залюбовалась видом. То и дело переводила взгляд с машины на сарай и обратно. Однако пришлось убеждать себя, что я любуюсь контрастом, а не только машиной. По обеим сторонам дороги тянулись пшеничные поля – пшеница еще не созрела, и цвет колосьев напоминал зеленоватый мрамор. На дальнем краю поля темнела опушка ельника. На горизонте к небу тянулись горы. Справа на дороге показалось облако пыли. Там ехала машина. Если бы не она, пейзаж выглядел бы нарисованным – голубое небо, белые облака, похожие на головки цветной капусты, мрачно нависающие горы. Я сделала радио погромче и закурила сигарету. Мне хотелось не курить, а стать частью пейзажа. Женщина, которая курит в машине и слушает громкую музыку… Я словно получила подтверждение того, что существую.