– Но зачем Фоссум лгать? – спросил Фрёлик. – Все подтвердили, что они втроем вышли из такси у ночного клуба. Все подтвердили, что те двое держались вместе. Маловероятно, что она покрывает ложь Эйдесена. Она ничего не выигрывает! Придется предположить, что Фоссум говорит правду и у Эйдесена действительно на ту ночь алиби. Если Эйдесен выяснил, что в ту ночь Катрине была с Крамером, он решил ей отомстить тем, что переспал с Мерете. По-моему, это вполне в его духе, во всяком случае более вероятно, чем желание убить Катрине.
Гунарстранна слушал, задумчиво сдвинув брови.
– Единственный человек, за которого никто не может поручиться, – Герхардсен, – продолжал детектив. – Допустим, в тот вечер Герхардсена потянуло к Катрине. По словам Георга Бека, он вышел следом за ней на террасу и полез ей под юбку. И вот фантастическое совпадение: две машины более-менее одновременно отъезжают от дома. Едут в центр города. Герхардсен выходит из такси у ночного клуба «Смугет». Крамер оставляет «ауди» на Корт-Аделерсгате, и они с Катрине идут в Акер-Брюгге. Здесь они стоят в очереди в «Макдоналдс», покупают еду; она танцует с каким-то бродягой. Идет время. Чисто теоретически предположим, что Герхардсен не заходил в клуб вместе с Уле и Мерете. В конце концов, он был третьим лишним. Вдруг он видит Катрине и Крамера. Рядом гараж его компании, в котором есть машина. С его слов мы знаем, что он взял машину. Но ведь он мог взять ее гораздо раньше, чем говорит. Он вывел машину из гаража и поехал за ними. Он видел, где Крамер высадил Катрине перед тем, как вернуться домой. По времени он вполне успевал. Крамер сказал, что высадил Катрине между половиной третьего и тремя часами ночи. У Герхардсена хватило времени изнасиловать и задушить ее, выбросить труп и успеть домой к четырем.
Они снова переглянулись. Фрёлик все больше возбуждался. Собственная версия казалась ему все правдоподобнее. Гунарстранна упорно молчал.
– Что тебя не устраивает в моей версии? – спросил Фрёлик.
Гунарстранна встал и начал расхаживать по комнате.
– Откровенно говоря, это не слишком убедительно. – Он взял со столика последний дротик. – Послушай, я все время думаю о Хеннинге Крамере. Его показания нравятся мне все меньше и меньше. Мы не знаем, быстро ли он теряет самообладание. – Гунарстранна прислонился к оконной раме, задумчиво перебирая в правой руке дротик. – И если он лжет, то наверняка что-то скрывает, а что ему скрывать, кроме…
– Кроме убийства? – подхватил Фрёлик.
Они снова замолчали. Гунарстранна возился с дротиком. Фрёлик кашлянул.
– Можем ли мы себе позволить не осматривать служебную машину Герхардсена? – спросил он наконец. – Если Катрине была в той машине, мы, скорее всего, найдем в ней подкрепляющие доказательства!