– В Холмене.
Гунарстранна встал, прижал трубку подбородком, вытер пальцы о салфетку и похлопал себя по карманам в поисках сигарет.
– Какого дьявола ты застрял в Холмене? Хеннинг Крамер нужен мне сейчас же! В наручниках!
– Я сижу в машине напротив дома его матери, – сухо ответил Фрёлик. – Парня дома нет. Зато мать дала мне адрес его брата. Должно быть, Хеннинг часто там бывает, когда брат в отлучке…
– Адрес?
– За Дейшманнсгате. Фреденсборгвей, тридцать три.
– Встречаемся там! – бросил инспектор, направляясь к двери. Остатки кока-колы он допил, спускаясь по лестнице. На бегу хлопали полы плаща.
Если Фрёлик говорил с матерью этого идиота, она могла предупредить того по телефону, и Крамер успеет подготовиться. Гунарстранна преодолел следующий пролет в три прыжка и мельком увидел в дежурной части сутулую фигуру Иттерьерде. Тот поднял голову. Они переглянулись. Гунарстранна ткнул вперед указательным пальцем и покрутил им вокруг головы. Сообразительный Иттерьерде вскочил и побежал за ним.
Стрелка на спидометре дошла до цифры «сто десять». Витрины и пешеходы превратились в серые тени. Машины перед ними поспешно сворачивали к тротуару и пропускали их. Иттерьерде с показным равнодушием ехал по разделительной полосе, лавируя между машинами. Перекрестки он проходил на красный свет и то и дело выворачивал на полосу встречного движения. И все это время у него, как у заправского таксиста, не закрывался рот.
– В прошлые выходные ездил на Гломму, – сообщил он. – Река поднялась, затопила берега. В июне, ты только представь! Ездили в Мингеванн с зятем, а оттуда на озеро. Отошли на лодке подальше и забросили удочки в сторону берега. Так лучше делать в начале лета, когда щуки прячутся в камышах. Но поймали только несколько мелких щучек, крошечных, не больше указательного пальца. Невозможно представить, чтобы такие крошки глотали наживку вдвое больше себя! А агрессивные какие! Мы…