Григорий молчит, будто не слышит; тот повторяет вопрос свой погромче и понастойчивее.
– Там, спросите во дворе.
Господин уходит под ворота; второй дворник, Иван, смеется:
– Ты что ж не отозвался?
– Много их ходит тут! – отвечает первый и продолжает мести.
В это время извозчик на выездах проезжает шагом, дремля бочком на дрожках; лошадь разбитая, дрожки ободранные, кожа между крыльями прорвана, из-под подушки кругом торчит сено, гайка сваливается с колеса.
Дворник с метлой глядит несколько времени вслед за извозчиком, потом выходит на средину улицы, подымает гайку и кладет ее в карман. Колесо с дрожек соскочило, извозчик чуть не клюнулся носом в мостовую, соскакивает, останавливая лошадь, оглядывается кругом и бежит назад. Увидав дворника на пути со средины улицы к плитняку, обращается к нему.
– Ты, что ли, поднял, дядя?
– Кого поднял?
– Да гайку-ту; отдай, пожалуйста!