Оглянулся назад — одни спицы лежат!
Это сложено удивительно складно: внезапный переход, на третьем стихе, к двум кратким, когда готовишься на долгий слог, как нельзя лучше выражает изумление того, кто оглянулся. Нельзя также не согласиться, что во всех размерах этих не в пример более свободы и раздолья, чем в тяжких, однообразных путах бессмысленного ямба или хорея.
Рифма или простое созвучие не всегда бывают в конце стиха или каждой из двух частей пословицы, как, например: "Много лихости, мало милости"; "Не проси у богатого, проси у тороватого"; "Ни то, ни се кипело, да и то пригорело"; "Взвыла да пошла из кармана мошна" и пр., а иногда и на других словах, среди стиха, но всегда на таких, кои требуют отлики, ударения, внимания:
"И скатал было и сгладил, да все врозь расползлось".
"От сумы да от тюрьмы никто не отрекайся".
"Видал, как мужик мед едал — ин мне не дал".
Бывает и по нескольку рифм сряду:
"Сам тощ, как хвощ, и живет тоненько, да помаленьку";
"Я за кочан — меня по плечам. Я за вилок — меня за висок";
"Сало было, стало мыло";