Греховодов покраснел, иронически прикоснулся к кепке и пошел.
В зале, стоя на козлах, белил потолок Святой Куст. В известь он подбавил охры, и теперь потолок цветом напоминал подсолнечник. За это нарушение обычая его немилосердно ругали женщины, но он только улыбался. Два столяра поднимали на петли дверь.
«Хватит, — решил Греховодов, — перегнешь палку, сломится». — Он неторопливо оглядывал стены, потолок, пол и подвигался к выходу, всем своим внимательным, неторопящимся видом говоря: «Я что-то ищу, не подумайте, что я ухожу».
На крыльце курил Графф. Счетовод дружески пощупал его мускулы.
— Ну, как физкультура? Состязания и прочее? А, между прочим, мыслишки неглупые сегодня изложил. А завтра на Седанке физкультура будет?
— В полном объеме.
Графф посмотрел на темнеющее небо и решительно отряхнул пиджак.
— Иду, надо перед выступлением отдохнуть... А вы еще будете работать?
— Еще останусь... коллективная спайка!
Когда Графф растаял в сумерках, Греховодов осторожно двинулся тоже. У его дома на перилах беседки маячила большая фигура. Греховодов прошел боковой дорожкой, чтобы лучше рассмотреть.