Неожиданно почувствовал на локте чужую руку и пожатие. На него смотрели умные глаза Филиппова.
— Куда, поэт?
Троян обрадовался встрече. Филиппов располагал к себе. Было в его натуре то цельное и простое, что особенно действует на людей нервных и порывистых.
— Хочу на Семеновский базар или точнее — в Хай Шэнывей.
Филиппов подмигнул:
— Китайские сапожники?
— Именно!
— Благословляю! Идите и наслаждайтесь! Я тоже иду наслаждаться. На хлебную биржу. Через час торжественное открытие второго тура торгов...
Оператор и поэт засмеялись.
Они стояли на углу Китайской, против Городского сада. На железных прутьях забора висели щиты плакатов, доски с афишами — всё как всегда, но на уголках плакатов, по карнизам досок были наклеены узкие красные полосы бумаги с черными призывными буквами: