«Недалеко от места, где пройдет центр тайфуна, — маленькая бухточка... Если прорваться?.. Но нужно замечательное искусство, чтобы попасть в эту бухточку...»
— Что? — опросили неподвижные глаза Хосои.
— Один шанс, — ответил капитан. — Надо попасть из пушки в пролетающий гривенник.
Через четверть часа капитан начал игру. Перед ним пролетал серебряный гривенник, и он целился в него из пушки. Зрители, затаив дыхание, следили за игрой, в которой ставками были они сами.
Пароход влетел в водяные горы, стал на дыбы, упал, поднялся. Винт заколотил по воздуху, и вдруг маленькая букашка полезла куда-то вверх.
Так продолжалось до бесконечности, до ужаса — десять минут.
Хосоя ничего не думал. Что думали остальные? Они тоже ничего не думали.
В трюмах, в каютах, в машинном отделении — везде знали: наступило чрезвычайное. Вдруг Хосоя закусил губы: сквозь мглу дождя, брызги, зеленые сумерки валов на пароход неслась темная махина, головой запутавшись в тучах. Понял: берег и смерть.
Бросился к поясам, но пояса предусмотрительно были прикручены проволокой.
В ту же секунду темная махина пронеслась мимо, и наступил поразительный мир: в бухту спокойно вливалась река, бухта, плотно закрытая скалами, едва волновалась, ветер свистел высоко над головами.