Противники снова смолкли, и Посевин пошел вниз по реке.
— Послушайте, Борейчук, — сказала Зейд, — что это за Старый Джон, который не будет нас ждать лишнего дня? Вы мне ничего не говорили о нем на рыбалке.
Борейчук пожал плечами.
— Не мог же я всего говорить на рыбалке. Вы — умная женщина! Неужели вы сами не понимаете? Но все будет в порядке. Не волнуйтесь. Я убежден, что Посевин напрасно порет горячку. Американец нас подождет.
Борейчук сел готовить завтрак: мелко накрошил в котелок соленую кету и варил ее с луком.
Зейд окаменела. Весь мир: Борейчук, Посевин, река, горы — перестали для нее существовать. Бывший бухгалтер! Вот как иногда бывает. Разве она могла думать?! Теперь она понимала его двусмысленные слова о Харбине и загранице. Он испытывал Зейд: не клюнет ли?
Обижалась на замечания Точилиной! Что теперь делать?
Американец Джон! Значит, вот что они собираются делать! А что теперь должна делать она? Бежать?
Что угодно, только не бежать! Теперь она должна идти с ними неотступно до того места, где спрятано золото.
Что же будет в тот момент, когда она дойдет с ними до тайника?