Счастье удачи, счастье могущества. Что может быть выше этого? Он принял на шхуне владельца большого оленьего стада и добычливого охотника Укуна. Первые встречи были немногословны: Джон плохо знал тогда местные языки.
Но они поняли друг друга без слов: они сидели над сокровищами, привезенными из Америки, и Укун соображал, сколько нужно соболей для приобретения всего.
Сам он соболиные шкурки не ценил ни во что. Легкий, бесполезный и совсем не теплый мех! Про себя он думал: как глуп американец, отдающий сокровища за пустяшные шкурки. Вот если бы он потребовал оленя или собаку!
Укун увез с собой пятьдесят банок спирта.
Он увязывал их на нарты и щурился на солнце.
— Я теперь знаешь кто? — спросил он младшего брата. — Я теперь царь. Исправник беднее меня.
Укун любил почет, уважение и славу. Он устроил пир. Он дал всем попробовать содержимое банок.
И все поняли, что он могучий человек. А могучему человеку нужно подчиняться и служить. И ему понесли соболей.
В марте шхуна покинула берега Камчатки. Владелец ее не был больше неудачником. С сигарой во рту, в клеенчатой шляпе, он стоял на палубе, широко расставив ноги. Будущее было перед ним, и он был его хозяином.
Много пережил он за тридцать лет. Он узнал русских и туземцев.