Ритм жизни, устанавливавшийся с утра, действовал весь день. И действовал в течение десятков лет.
Казалось, как преодолеть себя, свою натуру? Мостовой и не хотел ее преодолевать, пока считал свою жизнь правильной. Но когда он увидел, что она неправильна, он захотел ее преодолеть.
— Завтра, мать, буду по-новому жить, — сказал он жене. — Не смотри на меня так подозрительно.
Он засмеялся. Редко смеялся он в последнее время, и Мостовая обрадовалась и насторожилась в одно и то же время.
Ложась спать, Мостовой уже раздевался не так, как вчера. Не было ни медлительности, ни раздумья, ни курения.
Он говорил себе, что жить будет быстро и что это не отнимет у него жизни, а прибавит.
И когда он растянулся на постели, он продолжал чувствовать то же новое возникшее в нем состояние: все в нем стало как-то эластичнее, согласнее, энергичнее.
Он заснул быстро и легко, помогая себе прогонять ненужные мысли ровным дыханием.
И когда проснулся утром, не лежал, не раздумывал, не прислушивался, не тянулся к табаку, а вскочил, оделся, крикнул жене:
— Через десять минут завтракаю! — и прошел в огород.