Над «фабрикой городов» висели электрические солнца, неслись пыхтения и стуки, бухта до самого Эгершельда мерцала и переливалась. Греховодов, ослепленный сиянием, почти наскочил на человека.
— Ух!.. Извините!.. Ничего не видно.
— Ничего, знай, не расшибли, — ответил женский голос.
Греховодов узнал Медведицу.
— Домой торопитесь?
Он шел немного впереди и, разговаривая, оглядывался.
Теперь свет падал на нее, и он видел широкое лицо и могучую фигуру. «Лесное чудовище, — подумал счетовод, — настоящая баба Латыгорка, жена Ильи Муромца».
— Нет, домой чего. Дети не ждут...
— Не ждут? Деток нет? А отчего? — участливо спросил Греховодов.
— Земля, знай, не родящая...