Соціалдемократія должна помочь пролетаріату политически оріентироваться, отдѣлить себя отъ соприкасающихся съ нимъ элементовъ и уяснить себѣ антагонистическую игру интересовъ современнаго русскаго общества. Въ какую форму выльется стихійный взрывъ -- почти не зависитъ отъ насъ. И потому было бы чистымъ безуміемъ, если бы мы вздумали пріурочить всю нашу организаціонную и агитаціонную дѣятельность лишь къ одной изъ возможныхъ формъ массоваго протеста. Все, что мы -- по состоянію нашихъ силъ -- можемъ сдѣлать въ этомъ направленіи, это употребить всѣ усилія, чтобы разъяснить рабочему классу невозможность разсчитывать въ эпоху кризиса на стачку, какъ на орудіе завоеванія непосредственныхъ матеріальныхъ выгодъ, съ одной стороны, и указать на опасность изолированныхъ, малолюдныхъ, не руководимыхъ ясно сознанной цѣлью насильственныхъ взрывовъ, съ другой; такіе взрывы въ атмосферѣ осаднаго положенія послужили бы только въ рукахъ правительства средствомъ -- рядомъ кровопусканій ослабить рабочій классъ къ моменту рѣшительной битвы.
Конечно, эти задачи наши, какъ онѣ ни малы относительно, все же достаточно велики и важны, чтобы соціалдемократія отнеслась къ нимъ съ самымъ тщательнымъ вниманіемъ. Онѣ же будутъ неоднократно вставать передъ нами въ самомъ ходѣ стихійнаго движенія; я поскольку для насъ вообще возможно внести въ этотъ массовый потокъ элементы организаціи и подготовленности, постольку мы обязаны сдѣлать это, хотя бы цѣною напряженія всѣхъ нашихъ силъ. Но было бы крупной ошибкой преувеличивать доступную намъ мѣру воздѣйствія въ этомъ направленіи и закрывать глаза на то, что въ значительной степени стихійной будетъ та форма, въ которую воплотится наростающая неудовлетворительность и недовольство рабочихъ массъ, и что съ этой стихійной формой -- будь то всеобщая стачка, не ставящая себѣ никакихъ опредѣленныхъ экономическихъ цѣлей, массовыя манифестаціи безработнаго и голодающаго народа на улицахъ городовъ, попытки силою подчинить своимъ интересамъ административную и хозяйственную машину, или наконецъ, постепенный переходъ отъ стачки черезъ демонстраціи къ возстанію -- намъ придется считаться, какъ съ данною. Было бы въ высшей степени опасно, еслибы мы, полагаясь на возможность для насъ непосредственнаго организационнаго руководства всей многомилліонной массой пролетаріата, не оцѣнили бы въ полной мѣрѣ первостепенную важность укрѣпленія элементовъ нашего политическаго руководства рабочимъ классомъ, и позабыли бы, что если первое и допускаетъ еще при извѣстныхъ условіяхъ концентрированіе всей соціалдемократической сознательности и политическаго умѣнья въ кружкѣ руководителей движенія, "вождей" его, то второе настоятельно требуетъ разлитія этой сознательности и этого умѣнья въ непрерывно расширящіеся слои пролетаріата. Только при такомъ условіи и становятся возможнымъ дѣйствительное политическое руководство, когда лозунги, исходящіе изъ верхушки партія и основанные на тщательномъ я продуманномъ изученіи политической жизни, встрѣчаютъ ростущую волну пониманія съ низинъ рабочей массы; и только при такомъ условіи возможны и сколько-нибудь прочныя организаціонныя связи наши съ массой.
Потому-то тѣ немногіе дни, которые еще отдѣляютъ насъ отъ открытаго проявленія пролетарскаго протеста, подъ напоромъ безработицы, жажды и голода, мы должны прежде всего посвятить политическому воспитанію того авангарда рабочаго класса, который уже охваченъ и съ каждымъ днемъ все болѣе охватывается организаціонной и агитаціонной дѣятельностью нашей партіи; онъ послужитъ резервуаромъ, изъ котораго обильными струями будетъ просачиваться классовое сознаніе въ глубины рабочаго моря, цементомъ, который непрерывно свяжетъ соціалдемократическую партію, съ тѣми аморфными пролетарскими массами, интереса которыхъ она стремится безпримѣсно выразить въ своей программѣ, тактикѣ, организаціи. Только такая крѣпкая, живая связь и сдѣлаетъ соціалдемократію дѣйствительно политической партіей рабочаго класса, не дастъ ей превратиться въ машину, съ которой снять передаточный ремень, и которая -- какую бы огромную силу она ни развивала -- работаетъ безплодно, не приводи въ движеніе и не направляя никакого реальнаго производственнаго процесса...
Итакъ, политическое воспитаніе доступныхъ нашему воздѣйствію массъ -- вотъ очередная задача. Но воспитаніе массъ не можетъ быть основано исключительно на устной проповѣди отвлеченныхъ началъ соціалистической науки; оно не можетъ ограничиться и однимъ агитаціоннымъ воздѣйствіемъ. Агитація -- устная и посредствомъ прокламацій -- будитъ чувство протеста, будить политическую мысль, даетъ элементы политическаго пониманія; но всего этого мало. Масса дѣйствительно учится, дѣйствительно воспитывается лишь въ процессѣ политическаго дѣйствія. Чѣмъ шире будетъ кругъ рабочихъ, вовлеченныхъ въ непосредственную политическую дѣятельность, принимающихъ активное участіе въ направленіи политической работы нашей партіи, тѣмъ плодотворнѣе будетъ этотъ подготовительный періодъ въ смыслѣ обезпеченія за соціалдемократіей руководства движеніемъ рабочаго класса въ революціонную эпоху.
Война и вызванный ею кризисъ даютъ благодарную почву для такого воспитанія передовыхъ слоевъ рабочаго класса въ активной политической дѣятельности, и мы должны умѣло воспользоваться политической конъюнктурой, чтобы поставить этихъ застрѣльщиковъ пролетаріата лицомъ къ лицу не только съ самодержавнымъ правительствомъ, истиннымъ виновникомъ войны и вызванныхъ ею бѣдствій, но и со всѣми классами русскаго общества, которые въ процессѣ политической ликвидаціи абсолютизма окажутся то явными врагами, то временными союзниками рабочаго класса.
Безработица -- первый результатъ войны, должна послужить поводомъ для протеста противъ тѣхъ организацій имущихъ классовъ, которыя въ той или иной формѣ поддерживаютъ войну. Городскія думы, земства, дворянскія и купеческія собранія, съѣзды промышленниковъ, всѣ общественныя учрежденія, жертвующія деньги на флотъ и другія военныя надобности, всѣ они должны натолкнуться на протестъ пролетаріата, въ формѣ ли вынесенныхъ на рабочихъ собраніяхъ революцій, разсылаемыхъ по домамъ или разбрасываемыхъ на улицахъ, въ формѣ ли враждебныхъ манифестацій явившихся на засѣданія рабочихъ, или въ какой-либо иной формѣ, наиболѣе соотвѣтствующей условіямъ времени и мѣста.
Дороговизна съѣстныхъ припасовъ сблизитъ рабочій классъ въ его протестѣ съ мелкимъ городскимъ мѣщанствомъ, одинаково (предающимъ отъ этой дороговизны, и крупнымъ завоеваніемъ для пролетаріата будетъ пробужденіе подъ его вліяніемъ политическаго недовольства въ этой инертной доселѣ средѣ. Здѣсь такъ же возможенъ рядъ обращеній рабочихъ собраній въ мелкому городскому населенію съ разъясненіемъ причинъ угнетающаго всѣхъ кризиса, съ призывомъ къ совмѣстной борьбѣ въ тѣхъ предѣлахъ, которые допускаются классовымъ положеніемъ мѣщанства, отличнымъ отъ классоваго положенія пролетаріата. Такъ своей борьбой рабочій классъ пробудитъ къ сознательной политической жизни, толкнетъ въ политическую борьбу новый слой мелкой буржуазіи. Еще болѣе благопріятная почва создается для агитаціи среди страдающаго отъ дороговизны и безработицы сельскаго пролетаріата, обостренія его классоваго антагонизма съ сельской буржуазіей, и сближенія съ городскими рабочими. А протестъ рабочаго класса противъ поддержки военныхъ авантюръ правительства оо стороны имущихъ классовъ усилитъ тѣ элементы ихъ, которые умѣютъ уже ставить основные интересы своего класса выше соображенія минутнаго политиканства, и понимаютъ, что классовые интересы всѣхъ развивающихся слоевъ русскаго капиталистическаго общества, не могутъ мириться съ поддержкой той войны, главная цѣль которой -- укрѣпленіе абсолютизма. Такъ, самой борьбой своей противъ имущихъ классовъ рабочій классъ толкнетъ ихъ на путь болѣе широкой политической борьбы, заставитъ струну ихъ классовыхъ интересовъ звучать сильнѣе и заглушить нестройный аккордъ противорѣчивыхъ групповыхъ и личныхъ интересовъ минуты.
Такимъ образомъ, открывается необозримое поле для политическаго дѣйствія и политическаго воспитанія все растущихъ массъ рабочаго класса, и задача сопіалдемократіи использовать этотъ процессъ столкновенія рабочихъ лицомъ къ лицу съ представителями всѣхъ классовъ русскаго народа для выясненія тѣхъ предѣловъ, до которыхъ они могутъ идти вмѣстѣ съ пролетаріатомъ, тѣхъ граней, которыя его отъ нихъ отдѣляютъ. Но, конечно,-- и это необходимо помнить -- въ полной мѣрѣ эта политическая активность можетъ быть использована лишь въ въ томъ случаѣ, если мы будемъ остерегаться тѣхъ шаблонныхъ формъ, которыя позволяютъ намъ подмѣнять самодѣятельность рабочаго класса нашей собственной дѣятельностью. Всѣ резолюціи, протесты, петиціи, постановленія и пр. и пр., имѣютъ въ этомъ смыслѣ цѣну лишь постольку, поскольку они являются выраженіемъ политической воли участниковъ всѣхъ этихъ дѣйствій, поскольку каждое слово революціи дѣйствительно сознательно продумано и усвоено каждымъ голосующимъ за нее рабочимъ.
Не надо ни на минуту забывать, что тотъ взрывъ стихійнаго протеста, навстрѣчу которому мы идемъ, совершится въ такой соціально-политической обстановкѣ, что можетъ послужить непосредственнымъ прологомъ той революціи, которую такъ долго ждутъ и которая все же придетъ вдругъ, незамѣтно, какъ "тать въ нощи". Но революція -- это не просто штурмъ Бастиліи или Версаля, это -- насильственная развязка тысячи самыхъ сложныхъ, самыхъ запутанныхъ вопросовъ соціально-политической жизни, и схематическія формулы "долой самодержавіе" и "да здравствуетъ соціализмъ", давая общіе, руководящіе принципы нашей агитаціи, сами по себѣ, безъ отчетливаго и яснаго пониманія соціально-политической обстановки и умѣнья оріентироваться въ ней, ни на іоту не могутъ помочь въ отысканіи той нити классоваго движенія, за которую мы должны крѣпко держаться въ нашихъ странствованіяхъ по лабиринту текущей политики.
Но, если мы будемъ все это помнить и направимъ наши силы на подготовку элементовъ для политическаго руководства нашего борьбой рабочаго класса, грядущій кризисъ, грядущая волна стихійнаго протеста не застанутъ насъ безпомощными. Если бы тогда какой нибудь несчастный случай и вырвалъ изъ среды борющагося пролетаріата руководившій имъ до тѣхъ поръ комитетъ, мы можемъ быть спокойны: сѣмя политическаго воспитанія, брошенное въ періодъ "подготовительныхъ" работъ, не заглохнетъ. Въ атмосферѣ обостренной политической борьбы оно взойдетъ пышнымъ колосомъ, и масса, лишившаяся однихъ вождей, сумѣетъ выдвинуть изъ своей среды десятки другихъ, привыкшихъ къ самодѣятельности и политической активности. А это будетъ значить что наша партія исполнила свое дѣло, и, если какимъ нибудь чудомъ исчезнутъ вдругъ всѣ нынѣшніе комитетскіе соціалдемократы, рабочимъ классомъ все же будетъ руководить соціалдемократія.