("Летопись Русской Революции", т. I, Берлин 1923.).
В 10-й книге "Современных Записок" помещена статья А. Ф. Керенского "Гатчина", посвященная моменту гибели Временного Правительства под напором большевистского восстания. Одна страничка этой статьи отведена беседе моей с А. Керенским, происходившей в Зимнем Дворце в ночь на 25 октября 1917 года.
Сведения об этой беседе, сколько мне известно, впервые появляются в печати. Излагая ее содержание, Керенский говорит: "Конечно, я не могу сейчас воспроизвести заявления Дана в его собственных выражениях, но за точность смысла передаваемого ручаюсь".
К сожалению, "ручательство" дано А. Керенским в данном случае не вполне основательно. То ли память ему изменила, то ли в момент беседы он был слишком утомлен и взволнован, или слишком поглощен своими собственными переживаниями и настроениями, чтобы сколько-нибудь вникать в чужие слова и мысли, но только с его передачей беседы случилось как раз обратное тому, о чем он предупреждает читателей своей статьи: отдельные "выражения", быть может, и сохранились, но смысл беседы не только не передан "точно", но прямо-таки искажен, превращен в свою собственную противоположность.
Ни на минуту не заподозрив А. Керенского в намеренном искажении истины, я не стал бы торопиться с восстановлением действительного содержания беседы, если бы речь шла только о личной характеристике моей, как политического деятеля: обличение представителей "революционной демократии" (кавычки принадлежат Керенскому) в том, что эти "искусники" были способны лишь проводить "ночи напролет... в бесконечных спорах над различными формулами", в то время как представители Временного Правительства обнаруживали величайшую государственную проницательность и деловитость, -- обличение это, повторяемое Керенским, слишком не оригинально, чтобы надо было спешить вступать в полемику по этому поводу. Но я вместе с Керенским полагаю, что "сцена" нашей беседы была в известном смысле "поистине исторической" в том именно смысле, что в ней очень ярко выявились, на мой взгляд, позиции различных общественных сил, противодействовавших большевистскому перевороту, и выяснились причины полного бессилия Временного Правительства и молниеносного успеха большевиков. В этом отношений "сцена" эта очень важна для характеристики исторического момента Октябрьской революции и понимания всей будущей политики нашей социал-демократической партии по отношению к восторжествовавшему большевизму.
В предотвращение образования новых "исторических" легенд, в добавление к немалому числу уже циркулирующих, я и считаю своим долгом теперь же рассказать, "как это было в действительности".
I.
Начать приходится несколько издалека -- с деятельности так называемого "предпарламента" -- Совета Российской Республики и работы нашей социал-демократической фракции в этом Совете.
У меня в данный момент нет решительно никаких материалов под руками, и писать мне приходится исключительно по памяти. Я ограничусь поэтому лишь самым общим и несомненным, рассказывая более детально отдельные эпизоды лишь в тех случаях, когда рассказываемое легко может быть подтверждено свидетельством десятков участников.
Совет Республики был ублюдочным, компромиссным учреждением, возникшим из неудачного "Демократического Совещания" в Петрограде, в сентябре 1917 г.