- Да и остготский король не станет воевать против гуннского царства, пока Аттила жив.
- Но он проживет еще долго. Ему только пятьдесят шесть лет, - с гневом воскликнул Дагхар.
- А между тем мир гибнет, - со вздохом произнес Визигаст.
- Пусть лучше погибнет мир, - сказал спокойно гепид, выпрямившись, - чем моя честь - Пойдем, Гервальт. Я прибыл сюда, потому что давно уже догадывался, что замышляет друг Визигаст. Выслушать его, предостеречь его хотел я во что бы то ни стало, даже рискуя жизнью, только не честью. Старый седовласый герой ругов, ведь ты сам, конечно, не надеешься сломить господство гуннов, если Валамер и я будем их поддерживать. А мы должны их поддерживать, если ты теперь нападешь на них. Седобородый король, неужели ты не научился еще главному искусству королей - выжидать!
- Нет, не выжидать! - с запальчивостью воскликнул Дагхар. - Король Визигаст, пусть гепиды и остготы проспят высший венец победы и славы. Мы ждать не будем! Ты ведь сказал, что весною будет уже поздно. Мы теперь же нападем на них! Как? Разве мы не достаточно сильны? Твои руги! Мои скиры! Герул Визанд с сильным отрядом наемников! Благородный лангобард Ротари, благородный маркоман Вангио с своими соплеменниками! Три вождя склабенов - Дрозух, Милитух и Свентослав! Наконец, ведь даже византийский император обещал с своим послом, которого он прислал к гуннам, тайно золото и оружие.
- Если только он сдержит обещание! - прервал Ардарих. - Юный королевич, ты мне нравишься. Ты искусен в игре на арфе, ты быстр и в битве, и в разговоре. Так научись же теперь еще новому искусству, - оно труднее и для будущего короля необходимее, чем остальные, - искусству молчать!.. А что, как я выдам великому гуннскому хану всех, кого ты назвал?
- Ты этого не сделаешь! - воскликнул юноша. Но голос его дрогнул.
- Я этого не сделаю, потому что я решил хранить в тайне все, что здесь будет сказано. И я могу хранить это в тайне, так как не Аттиле, а вам грозит этот план гибелью. Ты не веришь, смелый Дагхар? Все, кого ты назвал, - будь они в десять раз сильнее, - ни щепки не отломят от того ярма, которое Аттила надел на землю. Жаль твоей необдуманной юности, ты, пылкий герой! Жаль твоей седой дорогой головы, мой старый друг! Вы погибли, если не послушаете предостережения. Выжидание! - Ты отказываешься пожать мою руку, Визигаст? Ты раскаешься, когда убедишься, что я справедливо тебя предостерегал. Но моя рука - пусть она сегодня отвергнута - остается рукою твоего лучшего друга, и она остается всегда протянутой к тебе: заметь это! - Я иду, Гервальт.
И, повернув влево, он исчез во мраке.
На северной стороне острова почти неслышно соскользнул челн во черные волны.