- Что ты хочешь сказать?
- Он стал переводчиком, так как кроме латинского и греческого владеет еще готским и гуннским языками. У него есть способность к языкам: двуязычный по природе, он изучил еще несколько других языков, так что теперь может быстро и без запинки лгать приблизительно на шести языках, как по собственному побуждению, так и по внушению этого злого духа - Хризафия.
- Так вот этот самый Вигилий выдал, почти против воли, участие в этом деле Эдико. Когда я, рассердившись, в гневе спросил его, как он осмелился принуждать меня ему сопутствовать, зная, какого я о нем мнения, он воскликнул, пожимая плечами:
- Неужели ты думаешь, что я тебя выбрал для своего удовольствия? Эдико настоял на этом.
- Он меня совсем не знает, - возразил я.
- Это правда! Но он потребовал, чтобы наиболее уважаемый из всех византийских сенаторов (или, по крайней мере, - прибавил старик - который считается таковым) отправился ко двору его господина. Он осведомился, кто у нас такой сенатор, и все единогласно...
- Назвали Максимина, - добавил Приск.
- Иначе Вигилий, - заметил это, друг! - не взял бы на себя всей опасности, все ответственности. Понимаешь ли?
Приск в раздумьи покачал головой.
- Вигилий просто солгал, - сказал он, подумавши.