- Валерия? Ради Бога, где она?
- У меня. Твой друг с кротким голосом вынес ее из пламени. Он хотел нести ее в церковь. Но я позвала его к нам. Она ранена, но слегка, - камень ударил в плечо. Она хочет видеть тебя, и я пришла за тобою.
- Благодарю, дитя. Но иди, скорее уходи отсюда!
И он быстро схватил ее и поднял к себе на седло. Дрожа, охватила Мирьям его шею обоими руками. Он же, держа в левой руке широкий щит над ее головою, мчался, как ветер, по дымящимся улицам к Капуанским воротам, где жил Исаак. Он вбежал в башню, где была Валерия, убедился, что рана ее не опасна, и тотчас потребовал, чтобы она немедленно покинула город под охраной Юлия.
- Надо бежать сейчас, сию минуту. Иначе может быть поздно. Я уже переполнил все свои суда беглецами. Бегите в гавань, одно из судов перевезет вас в Кайету, оттуда в Рим, а затем в Тагину, где у тебя есть имение.
- Хорошо, - ответила Валерия. - Прощай, я иду. Но я уверена, что это будет долгая разлука.
- Я также уезжаю, - сказал Юлий. - Я провожу Валерию, а затем поеду на родину, в Галлию, потому что не могу видеть этих ужасов. Ты ведь знаешь, Тотила, что население Италии становится на сторону Велизария, так что, если я буду сражаться с тобою, мне придется идти против своего народа. А если я пойду с ними, то должен буду сражаться против тебя. Я не хочу ни того, ни другого, и потому уезжаю.
Тотила и Юлий бросились вперед, чтобы заготовить на корабле место для Валерии. Тут к Валерии подошла Мирьям, помогая ей одеться.
- Оставь, девочка. Ты не должна услуживать мне, - сказала ей Валерия.
- Я делаю это охотно, - прошептала Мирьям. - Но ответь мне на один вопрос: ты прекрасна, и умна, и горда, но скажи, любишь ли ты его? - ты оставляешь его в такое время, - любишь ли его горячей, всепобеждающей любовью, какой...