- Я никогда не забуду этого, - ответил Велизарий, взяв ключи. - Но ты говоришь о злоумышлениях моих врагов. Разве в Риме есть враги императора?
- Не спрашивай лучше, полководец, - со вздохом ответил Сильверий. - Их сети теперь порваны, они уже безвредны, а святой церкви приличествует не обвинять, а миловать и обращать все к лучшему.
- Нет, святой отец, - возразил Велизарий, - твой долг указать правоверному императору изменников, которые скрываются среди верных граждан Рима. И я требую, чтобы ты указал их.
- Церковь не жаждет крови, - с новым вздохом возразил Сильверий.
- Но она не должна препятствовать справедливости, - вмешался Сцевола. - Я обвиняю префекта Рима Цетега в оскорблении и возмущении против императора Юстиниана. Вот в этом документе находятся все обвинительные пункты и доказательства. Он называл правление императора тиранией. Он посильно противодействовал высадке императорских войск. Наконец, несколько дней назад он один был против того, чтобы открыть для тебя ворота Рима.
- И какого наказания требуете вы? - спросил Велизарий.
- По закону: смертной казни, - ответил Сцевола.
- А имущество его должно быть разделено между казной и обвинителями, - прибавил Альбин.
- А его душа предана милосердию Божию, - заключил папа.
- Где же теперь обвиняемый? - спросил Велизарий.