- Он устарел, - спокойно ответил он. - Смотри, эти рвы уже осыпались, эти башни разрушились, здесь стена обвалилась, и эти ворота бесполезны.
- Ошибаешься, Велизарий. Твой план устарел: все эти рвы, башни, стены и ворота снова восстановлены мною за последние годы.
Велизарий с изумлением взглянул на план.
- Если ты все это действительно сделал, префект, ответил он, - то ты прекрасный военачальник. Но для войны мало иметь крепость, необходимо войско, а у тебя его нет.
- И в этом ошибаешься: в стенах Рима находится в настоящую минуту тридцать пять тысяч вооруженных людей.
- Разве готы возвратились? - вскричал Велизарий.
- Нет, эти тридцать пять тысяч под моим начальством. Последние годы я неустанно приучал изнеженных римлян снова владеть оружием. И теперь у меня тридцать когорт, по тысяче человек в каждой. Конечно, в открытом поле они не устоят против тебя, но за этими стенами, уверяю тебя, они будут сражаться прекрасно. Итак, решай: прими мои условия, - и тогда и эти тридцать пять тысяч, и Рим, и сам Цетег - твои. Если же ты не примешь их, тогда я запру Рим, и тебе придется осаждать его целые месяцы. А между тем готы соберутся с силами. Я сам призову их, они явятся в числе втрое большем, чем твои войска, и тогда разве только чудо спасет тебя от гибели.
- Или твоя смерть, дьявол! - вскричал Велизарий, бросаясь к нему с обнаженным мечом.
Не рука византийца тотчас опустилась, - так спокойно и насмешливо глядел Цетег ему прямо в глаза.
- Что означает твоя улыбка? - спросил он.