Луч радости и надежды осветил лицо Матасвинты. Цетег заметил это, но, спокойно улыбнувшись вышел.
Наступила ночь. Луна взошла, но набегавшие облака поминутно затемняли ее свет. Раутгунда сидела у окна, не сводя глаз с двери в подземелье.
- Позволь мне зажечь огонь, - сказал Дромон.
- Нет, нет, - ответила, не оборачиваясь, Раутгунда. - Не надо огня, так я лучше вижу.
- Съешь хоть что-нибудь. Ты сегодня еще не прикасалась к пище.
- Не могу я есть, когда он терпит голод.
- Госпожа, что ты так мучишь себя. Ведь ему нельзя помочь!
- Нет, я должна спасти его, и... Дромон, что это? Дромон быстро подошел к окну. Высокая белая фигура медленно переходила двор.
- Это покойник! - в ужасе вскричал Дромон, осеняя себя крестом.
- Нет, покойники не выходят из могил, - ответила Раутгунда, всматриваясь в темноту. Но набежавшее облако снова скрыло луну, и в темноте ничего нельзя было рассмотреть. Прошло несколько минут. Луна снова показалась.