И многочисленная конница его помчалась в Копру. Нарзес со своих видел все происшедшее.
- Стой! - с яростью кричал он. - Остановитесь, безумные! Ведь это бегство наверно притворное! Назад! Трубите отступление! Громче!
Но лангобарды слишком увлеклись преследованием врага. Остановить их было невозможно.
- Ах, - вздохнул Нарзес. - И я должен смотреть на такую глупость! Следовало бы дать им погибнуть в наказание. Но они мне нужны, надо спасти их. Итак, вперед, во имя глупости! Цетег, Анцал, Либери, за ним в Капру! Ведите исаврийцев, армян и иллирийцев. Но помните: город не может быть пуст. Берегитесь! Мои носилки последуют за вами. Но я не в силах больше стоять.
Он в измождении упал на подушки. Цетег же и другие полководцы бегом повели пехоту.
Между тем готы и за ними лангобарды вскачь пронеслись через Капру и помчались по фламиниевой дороге к Тагине. Вот передние ряды лангобардов достигли уже того места, где лесистые горы с двух сторон суживают дорогу. Увидя это, Тотила дал знак. Зазвучал рог, и в ту же минуту из ворот Тагины бросился отряд пехоты с копьями, а с обеих гор выскочили из засады персы. Пораженный Альбоин быстро оглянулся.
- Ах, мои волчата, никогда еще не бывало нам так худо! - вскричал он и повернул лошадь назад к Кипре. Но в эту минуту оттуда бросились скрытые в домах готские стрелки. Таким образом лангобарды оказались окруженными со всех четырех сторон.
- Ну, Гизульф, теперь остается только храбро умереть. Кланяйся моей Розамунде, если тебе удастся выбраться! - крикнул Альбоин и бросился на одного из предводителей конницы, который в золотом, открытом шлеме мчался прямо на него.
Альбоин готовился уже ударить его, но тот закричал:
- Стой, лангобард! Идем вместе на наших общих врагов! Долой готов! - И с этими словами Фурий Агалла рядом с Альбоином понесся на готов.