Но мавр сделал ему знак.
- Оставь меня одного, трибун, - сказал Цетег, заметив знак мавра. - Я сейчас снова позову тебя.
- О господин! - вскричал Сифакс, как только Лициний ведет исаврийцев, а ты останься хотя до завтра. Завтра я выужу в море две верные тайны. Я говорил сегодня с тем рыбаком. Он вовсе не рыбак, а писец Прокопия. Прокопий послал тебе семь писем, и так как ни одно не дошло до тебя, - лангобарды перехватили всех послов, - то он послал наконец одного умного человека. У него также есть письмо к тебе, но лангобарды очень зорко следят за ним, - один раз они уже схватили его и хотели убить, но его отец, здешний рыбак, привел свидетелей, что это его сын, и они отпустили его. С тех пор он уже не носит письма при себе. Но сегодня ночью много рыбаков собираются на ловлю. Он выедет с другими и захватит письмо. А завтра утром Нарзес будет купаться, - сегодня болезнь помешала ему. Из Византии сегодня прибыл почтовый императорский корабль. Останься до завтра, пока я все узнаю.
- Конечно, останусь, - ответил Цетег. - Позови мне Лициния,
- Я остаюсь здесь до завтра, - сказал префект вошедшему трибуну. Ты же тотчас веди исаврийцев в Рим. По всей вероятности, я догоню вас дорогой. Но если бы я и не успел, то идите в Рим без меня. Ты Лициний, охраняй Капитолий.
- Начальник! - вскричал юноша. - Это такая честь для меня! Но мне хотелось бы, чтобы ты поскорее ушел от этого Нарзеса. Я не доверяю ему.
- Ну, великий Нарзес - прекрасный полководец, это бесспорно. Но он положительно глуп, по крайней мере, в некоторых случаях. Иначе мог ли бы он отпустить меня с исаврийцами в Рим? Итак, не беспокойся, Лициний. Прощай, мой привет моему Риму. Скажи мне, что последняя битва из-за него между Нарзесом и Цетегом кончается Цетега. До свиданья в Риме!
- В вечном Риме! - повторил Лициний с блестящими глазами и вышел.
- Почему этот Лициний не сын Манилии! - сказал Цетег, глядя вслед юноше. - Как глупо сердце человека! Почему оно так упорно хранит привязанность? Лициний, ты должен, как мой наследник, заменить Юлия! Но почему ты не Юлий!