Витязь пел. И, слыша пенье, звери в чары удивленья
Приходили. С негой мленья камни встали из волны.
И дивились, и внимали. Плакал – плакали в печали.
Песню грустную качали волны, тихие, как сны.
Сослан был затравлен и вычеркнут из жизни, и мы не должны удивляться, что симпатии Шоты всецело на его стороне. Тариель – это Сослан. Его Шота сдалал главным героем и ему посвятил свою поэму, как он сам пишет в ее заключительных строфах.
К достижению своей цели Руставели стремится очень простыми средствами: художественной передачей правды. Во всей поэме, при самых строгих требованиях, мы не найдем ни одного ложного положения, ни одной фальшивой строфы. Шота прибегает к вымыслу, фантастическим положениям, к выдуманной обстановке, но лишь только он касается людей, их переживаний, их тайного-тайных, – он становится правдив, реалистичен, как может быть правдив тончайший художник-реалист, умеющий находить в своих героях те черты, благодаря которым они вырастают в вечные, неумирающие образы.
В целях маскировки Шота строит сюжет своей поэмы крайне сложно. Сначала он дает картину торжества по случаю коронования Тамары, а затем, показав Тариеля на охоте, он устанавливает через него связь между событиями, происшедшими до этого коронования и последовавшими за ним.
При анализе поэмы и раскрытии смысла описанных в ней событий удобнее следовать не порядку изложения, принятому автором, но тому течению событий, которое имело место в политической жизни Грузии, чтобы легче установить их внутреннюю связь с поэмой.
Такой порядок важен тем, что, зная действительные события, мы лучше поймем приемы маскировки, использованные Шотой, чтобы затушевать побочные факты и сосредоточить основное внимание на самых важных узловых моментах происходившей политической борьбы.
Хронологически рассказ Тариеля охватывает события, имевшие место в царской семье еще до воцарения Георгия III. Тариель говорит, что Индия состоит из семи царств, причем седьмое царство принадлежит его отцу, добровольно присоединившему его к Индии и назначенному за это главнокомандующим всеми военными силами государства. Сам Тариель воспитывался при дворе индийского царя и считался его приемным сыном. Легко установить, что Индия в XII веке не состояла из семи царств, и этот рассказ относится, конечно, не к Индии, а к Грузии, которая в XII веке включала в себя Карталинию, Кахетию, Самцхе (Сатабаго), Сомхетию, Абхазию, Имеретию и Осетию. Рассказ Тариеля и относится к Осетии, царевичем которой был Давид Сослан. Летописец Тамары, начиная описание ее самостоятельного царствования после смерти Георгия III, прямо говорит, что с'ехались представители семи царств, из которых состояла Грузия.