2-й легионер. Осторожней. Брамик нынче, как бешеный, уж четырех на губу загнал. Говорят, что у него на прогулке паренек сбежал, средь бела дня.
1-й легионер. Дело понятное, фронт ближе. Уж пальба слышна. По двору посты усилили. Сам Брамик из караулки не вылазит.
3-й легионер. Вчера меня целый день по городу гонял.
2-й легионер, Кто?
3-й легионер. Брамик. Только я завалился спать, вбегает, орет: Станислав Монюшко, встать! Ну, я, конечно: слушаюсь! — Ты писал? Гляжу, у него в руках мое письмо, — Я писал, говорю, господин лейтенант, письмо домой о сердечных, семейных делах. Он опять орать: у солдата нет сердечных и семейных дел — служба! Потом раз по письму пробежал да как рванет и мне в лицо: веселей надо писать с фронта, веселей, чучело! Ему весело пьянствовать, жрать, по мордам бить. Служба легкая. Ну, пошли.
Уходят.
Показываются Петро и Марианна.
Петро. Слыхала? Что-то Зямка не идет.
Марианна. Да, что-то долго.
Петро. Давно пора ему вернуться. Уж не случилось ли что с ним?