Самуил. Стойте, парнишки… Дело такое. Читали нам в пятом еще году в кружке одну книжку… Так вот там было сказано… там было сказано… Сейчас вспомню… Ага, вот! ( Наморщив лоб, медленно выговаривает заученную когда-то цитату. ) Когда… наступит… социальная революция, то эксплоатируемые ( с трудом выговаривает непривычные слова ) экспроприируют экспроприаторов! ( Неожиданно меняет тон, словно решив для себя какой-то важный жизненный вопрос. ) Зямка! Янек! Вот вам сапоги легионеров! Надевайте, надевайте, говорю я. Эта партия из хорошей кожи. Надевайте. Тридцать лет я гнул спину на него. Каменный дом нажил, капитал, почет, а я? Горб на спину, пустое брюхо да эти драные штиблеты. К чортовой бабушке! Зямка, Лейбка, Янек, надевайте сапоги, я приказываю. Не боюсь я его, пусть идет жалуется на меня в суд. За тридцать лет труда Самуилу тоже причитается пара новых сапог. ( Сбрасывает с себя драные ботинки. )
3ямка. Словно на меня сшиты.
Ян. Моя мерка!
Лейбка. Кожа, братцы, знатная.
Зорах. Жмут немного и главное у большого пальца, но ничего, разносятся.
Самуил. Вот это сапоги! Рюмочки, а не сапоги. Дурак ты, Самуил, шил сапоги на чужих дядей, а сам всю жизнь проходил босой.
Лейбка. Зямка, я тоже иду с тобой. Как ты думаешь, командир простит меня, что я тогда ушел с поста?
Зямка. А командиру? Самуил, я возьму еще пару сапог для командира. Можно?
Самуил. Бери. И ты, Янек, прихвати лишнюю пару, и ты, Лейбка, вы же идете на фронт. Надо запасти подарок для наших красноармейцев. Скажите им, что это я, Самуил Айбиндер, старый рабочий, посылаю свой подарок. Магда, дай им во что завернуть.
Зорах. Я, пожалуй, тоже прихвачу лишнюю пару.